Практика кинопроизводства против закона: как суд по делу актера исправил ошибку

03.05.2017 14:15
Печать E-mail

В ходе нашей работы по анализу и разработке договоров для сферы кино, а также по участию в судебных процессах, мы неоднократно встречали в договорах условия о регулировании отношений сторон «согласно практике кинопроизводства». Под этим предлогом в договор вносятся заведомо дискриминационные для более слабой в переговорном плане стороны условия. При этом боле сильная сторона аргументирует необходимость внесения выгодных для нее условий «сложившейся практикой в кинопроизводстве». Например, приводятся аргументы: «так работает рынок», «это не наше требование, а требование телеканала», «мы бы с удовольствием изменили, но тогда мы нарушим договор с инвестором» и т.п. С одной стороны, вроде бы вполне оправданные объяснения, и вроде бы против рынка кинопроизводства не пойдешь. Это было бы так, если бы указанные дискриминационные условия договора были бы законными. Часто бывает так, что в договор под предлогом принципа свободы договора включаются условия, которые заведомо, на момент подписания договора, противоречат законодательству. Просто более слабая сторона, как правило – это киноработник, об этом не знает, подписывает договор и выполняет такие незаконные условия.

Приведем актуальный для всех творческих работников пример с отчуждением исключительного права на их результаты интеллектуальной деятельности.

Лично мы в ходе анализа различных «кинодоговоров» встречали условия о том, что киноработник передает все исключительные права на свои результаты интеллектуальной деятельности третьему лицу, с которым у него договор вообще не заключен. Речь идет о следующей схеме: есть 2 кинокомпании (одна – инвестор, заказчик производства фильма, вторая – исполнитель, подрядчик, который непосредственно занимается изготовлением фильма). Между этими двумя компания заключается отдельный договор, в котором кинокомпания-заказчик обязывает кинокомпанию-подрядчика прописать во всех договорах, заключаемых впоследствии ею с участниками съемочной группы определенные условия, в том числе об отчуждении исключительных прав. Далее кинокомпания – подрядчик заключает такие договора с киноработниками, в которых прописывает условие о том, что исключительные права киноработника отчуждаются в пользу кинокомпании-заказчика (инвестора), то есть третьего лица. Получается, что кинокомпания-заказчик юридически не имеет никаких отношений с конкретными киноработниками, но такие киноработники ей передают свои права. С точки зрения закона данное такое условие договора незаконно.

Кроме этого, нередко в договор с киноработником включают условие о том, что права на его результаты интеллектуальной деятельности передаются в момент подписания договора. Хотя такие результаты интеллектуальной деятельности на момент подписания договора не созданы и не существуют в объективной форме.

В этой связи интересно рассмотреть судебное дело актера Сергея Гармаш, в рамках которого Арбитражный суд Свердловский области в 2010 году рассматривал спор актера с рекламным агентством и банком (дело № А60-5744/2010-С 7).
Обстоятельства этого дела следующие.

Между ООО «Рекламные технологии» и Сергеем Гармаш был заключен договор в интересах и по поручению банка. По условиям договора Гармаш обязался позировать за плату в фотосъемке для рекламы продукции банка и произвести озвучивание рекламных аудиороликов. Согласно договору исключительное право на результат озвучивания рекламных аудиороликов передается третьему лицу – банку, который не является стороной договора. Договором была предусмотрена обязанность рекламной компании предоставить актеру все фотоснимки для согласования. По мнению С.Гармаш, возникновение права использования фотоизображений и срока их использования обусловлено в договоре подписанием акта об оказанных услугах. Так как акт не подписывался, то у рекламной компании и банка не было права использовать изображения актера. Актер считает, что фактом публикации фотографий была нарушена его деловая репутация, а также личное неимущественное право на охрану изображения. Актер просит суд запретить использовать его изображение, уничтожить все рекламные материалы с изображением, а также взыскать с рекламной компании и банка компенсацию морального вреда в размере 1 млн. рублей.
Суд в иске отказал, так как признал, что поскольку актер позировал за плату, то он не вправе запрещать использование фотографий и применил соответствующую статью Гражданского кодекса РФ. Принятие такого решения стало возможным по причине признания судом заключенных договоров – между рекламной компанией и банком; между рекламной компанией и актером, - недействительными по причине нарушения законодательства РФ.

В частности, суд установил интересные и важные для сферы кинопроизводства факты.

Суд признал пункт договора между рекламной компанией и актером о передаче банку как третьему лицу исключительного права на результат озвучивания актером рекламных аудиороликов недействительным (ничтожным), поскольку данное условие не соответствует требованиям закона о передаче исключительного права на результат интеллектуальной деятельности. А именно актер осуществил озвучивание рекламных аудиороликов и ему принадлежит исключительное право на созданный результат – «исполнение», как на объект смежных прав. Данное исключительное право на исполнение может быть отчуждено в полном объеме актером либо передано другому лицу для использования на определенный срок. Однако закон говорит о том, что договор об отчуждении права или передаче права на определенный срок не может быть заключен в пользу третьего лица, которое не является стороной этого договора. В случае с актером, договор с условием об отчуждении права на «исполнение» был заключен между рекламной компанией и актером, но согласно договору права на исполнение отчуждались банку, который не являлся стороной договора. Соответственно суд пришел к выводу, что отдельный договор об отчуждении права на исполнение непосредственно между актером и банком не заключался, исходя из чего права банку не перешли. Пункт договора между рекламной компанией и актером об отчуждении права в пользу банка суд признал ничтожным, по причине нарушения законодательства. По этой причине суд признал недействительным весь договор между рекламной компанией и актером.

Более того, суд признал также недействительным положения договора между рекламной компанией и банком, в котором рекламная компания передает банку исключительное право на фотографии и исполнение (озвучивание рекламных аудиороликов актером). Суд указал, что на момент заключения договора с банком рекламная компания не являлась правообладателем этих произведений и впоследствии актер также не передал эти права рекламной компании по договору с ней.

Нужно обратить внимание, что суд указал на то, что договор между рекламной компанией и банком был заключен до создания этих произведений (фото и озвучивания) в объективной форме. Их еще не существовало, так что невозможно передать то, что еще не существует и не создано.

Таким образом, не все положения договоров с киноработниками, которые на практике в него включаются, являются законными. Может быть, включение отдельных условий в договоры действительно обусловлено сложившейся практикой кинопроизводства. Но в таком случае такая практика нарушает закон. Как известно, верховенство закона никто не отменял. Практика в конкретной сфере отношений может применяться сторонами как обычай делового оборота, но только в том случае, если она не нарушает закон.

Иначе существует риск признания отдельных условий таких договоров или договора в целом недействительными со всеми вытекающими законными последствиями.

Написать нам: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Позвонить нам: +7 925 264 51 75

 

Close Panel

Об ElenaPopova

Lena’s  international law boutique – это авторский проект юриста Елены Поповой

Lena’s ILB 2015